К концу XIX столетия черноземные степи усиленно распахивались, хищническое использование земель снижало плодородие почвы, степь размывалась, беднела.

Жестокий неурожай и голод 1891—1892 гг. всколыхнули передовые круги русского общества. Чехов, Короленко, Глеб Успенский и другие писатели рисовали потрясающие картины голода в деревне.

Выдающийся исследователь чернозема и степей Докучаев горячо откликнулся на страшное бедствие. Предотвратить засухи и неурожаи поставил он задачей своей научной деятельности. Два лета 1892 и 1893 гг. Докучаев объезжал на бричке воронежские, харьковские, екатеринбургские степи. «Имеют ли леса (естественные или искусственные), и какие именно, значение для местного климата и грунтовых вод, не следует ли заменить сплошные лесные насаждения защитными лесными полосами, опушками, живыми изгородями и пр.? Если так, то какой формы, какого состава, каких размеров должны быть они?» — спрашивал Докучаев. Но в условиях царской России наука не могла дать ответ на эти вопросы.

После победы колхозного строя ответ на них дал академик Вильяме. Десять лет назад он писал: «Исключительную важность лесозащитных полос в степных районах нашей страны уже не приходится доказывать. Лишь в комплексе с другими мероприятиями (правильные севообороты, система удобрений, система обработки почвы и проч.) лесные полосы дадут наибольший производственный эффект».

Мечты выдающихся деятелей нашей науки теперь осуществились. 24 октября 1948 г. опубликовано постановление Совета Министров «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольные севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах европейской части России».